juche_songun (juche_songun) wrote,
juche_songun
juche_songun

Categories:

ЧЬЯ БЫ КОРОВА МЫЧАЛА…

Лаврентий Гурджиев,
писатель, Москва.

Автор известен тем, что давно разрабатывает тему сталинизма и опубликовал ряд интересных работ по ней. В том числе книгу «Телеграмма» – изданное в России в 2013 г. историко-архивное, контрпропагандистское и философское исследование, насыщенное сатирой. Оно посвящено войне на Корейском полуострове, героизму народа малой страны, преподавшей урок мужества, воли и победы гораздо более крупным государствам. Но его содержание выходит за рамки событий 1950-53 годов, касаясь многих вопросов текущей мировой политики. Об одном из таких вопросов говорится в предлагаемой статье, являющейся доработанным отрывком из книги.




…Сталин вовремя пришёл в нашу историю, но ушёл не вовремя. Он не успел подготовить преемников истинно коммунистического курса во внутренней и внешней политике, хотя вёл напряжённую работу в этом направлении. После кончины Отца – именно так звал Сталина советский народ – в СССР не оказалось достойного руководителя, проницательного кадрового стратега, чем воспользовались Хрущёв и его оппортунистическая группа, совершившие захват власти. Зато коммунисты, все граждане Северной Кореи явили пример завидной идейной закалки, обеспечив после ухода из жизни Ким Ир Сена надлежащую, поэтапную смену рулевых на вахте государственного управления.


В 1994 году твердыню социализма на Дальнем Востоке возглавил сын основателя КНДР – Ким Чен Ир. В 2011 году, когда его не стало, вахту принял внук основателя – Ким Чен Ын.


И всякий раз очередной приступ психоза охватывал западные средства массовой информации. «Кимы уселись на шею народу!» – бесновались эфирные и газетные ведьмы и ведьмаки. Пропагандистская обслуга международного капитала хочет уязвить нас, коммунистов, недопустимостью, мол, «партийного престолонаследия». Сей буржуазной кумушке не худо бы на себя оборотиться. Глобальное политическое зеркало и в XX, и в XXI веке демонстрирует нелицеприятные формы капиталистической семейственности. Ниже я приведу факты лишь за последние десятилетия.


Оставим пока в покое то, как, страстно мыча, рвётся в хозяйки Белого дома Хилари – супруга непутёвого президента-бабника Билла. (Семейство Клинтонов.) Продажная еврейская диаспора в США не только не критикует сей, выражаясь по-научному, непотизм, но души в настырной бабе не чает.


Однако вспомним, какой приятный междусобойчик состоялся в Вашингтоне, когда после президента-отца там два срока подряд обретался президент-сын. (Семейство Бушей.)


Намного раньше то же самое произошло на Тайване, где диктатора Чан Кайши после четвертьвекового и более чем тиранического правления сменил его сыночек Цзян Цзинго.


Ещё один диктатор по прозвищу Папа Док, терзавший Гаити с 57-го по 71-й год, вручил власть своему отпрыску Бэби Доку. (Семейство Дювалье).


Из более поздних постсоветских примеров. В Азербайджане после смерти в 2003 году Алиева-старшего воссел на президентство Алиев-младший. Да к тому же протащил в конституцию изменения, позволяющие ему баллотироваться на любимый пост бесконечное число раз. Стареющие туземные царьки Казахстана, Узбекистана, Таджикистана полным ходом подгоняют под собственные интересы тамошние законодательства и тоже натаскивают своих родственничков на высшую государственную должность.


Бессменный премьер-министр с 1959-го по 1990-й строго режимного государства Сингапур Ли Куан Ю – этот любимчик Запада, наплевавший на большинство западных «демократических ценностей» – щедро раздавал правительственные посты своей родне. А в 2004 году при полном непротивлении внутри и вне страны усадил в премьерское кресло Ли Сяньлуна. Как легко догадаться – собственного сына. (Утверждают, что сему продолжателю династической линии была назначена самая большая зарплата среди всех глав государств – 2,5 миллиона. Как опять легко догадаться – в долларах. В сингапурских? Ну что вы – в долларах США.)


Едва успели схоронить в 2009 г. президентшу Филиппин Корасон Акино, как в её кресло запрыгнуло родное чадо – Бенигно (он же Нойной) Акино.


Один из президентов Швейцарии рулил всего год. Так устроено специфическое законодательство этой страны: ежегодно избирается новый президент. Ничего особенного здесь не было бы, если не считать, что у экс-президента Леона подросла дочка Эвелин, которая с милой непринуждённостью заняла бывший служебный кабинет своего фатера. (Семейство Шлумпфов.)


В Аргентине столь же расковано – ну прямо как танго танцевали – впорхнули в официальную резиденцию главы государства жёны двух президентов: в 1974 г. Мария Эстела Перон, в 2007 г. – Кристина Киршнер.


Аналогичное имело место в Шри-Ланке. (Семейство Бандаранаике.)


Весьма характерно и симптоматично то, что сложилось в верхах государственной жизни на полуострове Индостан. Чай, помнят господа «демократы», что Индией поочерёдно правили отец, его дочь и его внук. (Семейство Неру – Ганди.) Конечно, помнят, но помалкивают. А тем временем эта фамильная традиция имеет склонность к продолжению. Независимо от позитивности/негативности сего явления, укажем, что вдова последнего высшего руководителя из состава управленческой династии активно включилась в политическую жизнь. Параллельно приступила к решению «сверхдемократической» задачи: во всю мочь готовит своего сына к занятию в будущем поста главы правительства, в чём ей помогают влиятельные политические спонсоры.


Индийский образец смены лидеров, хотя и с некоторыми расхождениями, воспроизвела пакистанская действительность, где у кормила исполнительной власти тоже побывало близкородственное трио: дед, отец и дочка. (Семейство Бхутто.)


Предвижу удивление некоторых читателей, вызванное моей ссылкой на последний пример. Откуда взялось трио, ведь, кажется, был дуэт? Верно, большинство осведомлено лишь о таких трагических фигурах, как Зульфикар Али Бхутто и его дочь Беназир. Первый сначала попрезидентствовал, потом возглавил правительство, после чего был смещён, обвинён в тяжких преступлениях и казнён в 1979 году. Жертвой внутрипакистанских разборок стала и Беназир Бхутто, успевшая дважды побывать на премьерском посту. Собиралась занять его в третий раз, но была убита во время покушения на неё в 2007-м.


Интересно, что незадолго до этого она, как лидер Пакистанской Народной Партии, открыто объявила своим преемником своего сына Билавала. Естественно, тоже прочила его на должность главы правительства в будущем. Муссировались слухи о других кандидатах на партийное лидерство с дальним прицелом на премьерство: о муже покойной, её сестре и даже племяннице. Любить родственников, естественно, не грех. Но путать семейный очаг с кабинетом министров – всё равно, что в собственной постели перепутать родного мужа с погонщиком верблюдов из соседнего караван-сарая.


Может быть, Ким Чен Ын не устраивает Запад, потому что окончил Пхеньянский университет? Вот Билавал – свой парень, потому как учился в Оксфорде… Представим, что Бхутто-младший поступил бы не в оксфордский инкубатор английской буржуазии, а в северокорейский, китайский, кубинский или, на худой конец, в российский вуз. Да западные масс-медиа сделали бы из него за вышеназванные карьерные амбиции не просто антрекот, а фарш, смолотый через самую мелкоячеистую насадку мясорубки. Кадровый контроль. Святая святых для капитализма.


Завершая эту небольшую справку, укажу, что участию сего клана в большой политике положил начало Шах Наваз Бхутто – отец Зульфикара и дед Беназир. До раздела британской колонии в 1947 г. на две части – Индию и Пакистан – он являлся премьер-министром в одном из княжеств. Он стоял у истоков пакистанской государственности, представляя собой главную фигуру в Мусульманской лиге и влиятельнейшего политика, чьё мнение имело вес и у президента, и у членов правительства.


Было трио, но, как видим, может получиться и квартет. Западные политические меломаны ласково внимают напевам избранных мусульман – англизированных, американизированных. Словом, вестернизированных.


Не буду иллюстрировать двойные подходы буржуазии к однокровной преемственности более мелкими примерами на уровне министров, губернаторов и прочих госчиновников во множестве капиталистических государств. Причём, не только в слаборазвитых, но и в тех, что причислены к светочам цивилизации и оплотам справедливости. Лишь позволю себе заявить, что в XXI веке с показной буржуазной демократией и складно брешущими конституциями спокойно уживаются гнилейшие монархии – знамо дело, династические, наследные. Даже когда монархия представляет собой худший вариант абсолютизма и тоталитаризма, она имеет прекрасные отношения с современной международной либерально-демократической общественностью. Классический пример: Саудовская Аравия.


И никакой критики со стороны капиталоимущих кругов Запада сей властный вертеп не вызывает. Чисто формальные высказывания по сему поводу похожи на мелкозначащие замечания, которые господа, походя, сделают лакею, слегка нарушившему этикет. Первоочередное требование Запада: чтобы лидеры были вписаны в капитализм, верой и правдой служили ему. Тогда и семейственность, и коррупция, и диктатура – всё сойдёт.


Если же носитель власти помешал в чём-то мировой закулисе, то она принимается рвать на себе рубаху и криком кричать в защиту «прав человека». Если народ-бедолага не успел по примеру северокорейцев обзавестись мощным оборонительным потенциалом, его участь незавидна. Из бомболюков по нему начинает стелиться ковёрная «демократия», с ракетных установок к нему в дом запускается много крылатых «прав»…


О, как взъярились и накинулись на ливийского лидера Муаммара Каддафи международные сверхбогачи, среди каковых особую прыть проявили ближневосточные монархи! А ведь тот даже ещё не успел назначить сына своим преемником.


Можно скептически относиться к его недостаточно научным социалистическим экспериментам, к его панарабским и панафриканским планам. Однако ряд смелых вызовов, которые бросил империализму этот мужественный человек, его поддержка таких же смелых и мужественных людей, которых на Западе обзывают террористами, вызывают огромное уважение. Он не сдался напавшей на него израильско-американско-европейско-арабской банде, которая, невзирая на свою государственно-этническую пестроту, едина в ненависти к тем, кто хоть в малейшей степени антикапиталист. Его мученическая гибель лишний раз говорит об опасности и недопустимости быть в этом мире слабым в военном отношении, наивным в политическом, покорным в религиозном.


Та же банда атаковала президентскую семью Асадов.


Хафез Асад был бельмом на их глазу, когда долгие годы возглавлял Сирию. Запад сердился: мало того, что он умер своей смертью, а не от руки подосланного убийцы, так ещё посмел передать власть своему сыну Башару. Тот продолжил политику отца. Демократию бьют! – заорал Запад. И ринулся драться за её спасение на сирийской земле, хотя она стократно громче стонет по соседству – в Турции и на Аравийском полуострове. Ну и поодаль, конечно – на Балканах и в Прибалтике, в Кении и Танзании, в Колумбии и Мексике, в Таиланде и Южной Корее…


То, что натиск на сирийский режим выдаётся за «предотвращение гуманитарной катастрофы», за «борьбу во имя демократии», за «восстание народа», за «священную войну за чистоту ислама, идущую между суннитами и алавитами» – это политическими балаболками и религиозными трепачами высосано даже не из пальца янки, а из их задницы. Правда, этой заднице на Ближнем Востоке становится всё более горячо, и однажды она таки будет поджарена.


Ну и наконец, самое-самое. В феврале 2013-го в должность президента Южной Кореи вступила шестидесятилетняя Пак Кын Хе – дочь диктатора Пак Чжон Хи, правившего Южной Кореей с 1963 по 1979 гг.


Между прочим, Пак Чжон Хи был первым на Корейском полуострове, кто отдал приказ о разработке атомного оружия. Ничего удивительного. Янки, привыкшие загребать жар чужими руками, были не прочь, чтобы южнокорейский режим разбомбил КНДР, используя оружие массового поражения собственного производства. Это освободило бы США от многих нежелательных последствий, от прямого столкновения с СССР, в первую очередь. Работы шли полным ходом, пока янки, взвесившие все «за» и «против», не передумали и дали своему холую команду «отбой».


Сегодня Вашингтон, прикрывая Сеул своим ядерным зонтиком, с пеной у рта отрицает право Пхеньяна прикрыть себя таким же зонтиком. Двуличие империалистических кругов и в этом вопросе прёт наружу с небывалой силой. Остаётся лишь сплюнуть от отвращения, которое вызывают подобострастные соглашатели, голосующие вместе с США за санкции против несдающейся Северной Кореи.


…Пришедший к власти путём заговора и военного переворота, диктатор пал от руки заговорщиков же. Но успел утопить страну в крови чудовищных физических репрессий против народа и в прозападном надругательстве над корейскими традициями и культурой.


Пак Кын Хе – до мозга костей плод западной цивилизации, впитавшая всю идеологическую мерзость последней. Это отражено даже в её личной жизни, полной сучьих поступков, как бытового, так и общественного характера. Ещё в 1970-х годах, т.е. в довольно юном возрасте она по протекции папаши стала одним из руководителей южнокорейских спецслужбистов, перед жестокостью которых меркнут деяния гитлеровского гестапо. Другими словами, нынешняя южнокорейская президентша начала орудовать в политике ещё при живом Пак Чжон Хи – бешеном кобеле на поводке у Соединённых Штатов. Само собой, плотно сотрудничала с североамериканским ЦРУ, чьими ставленниками были почти все главы южнокорейского режима. Включая тех, кто насильственно, как отработанный материал, были убраны с должности или из жизни. Заработав особую благосклонность янки, стареющая, но ещё способная кусать и гадить антикоммунистическая сука была посажена на тот же поводок.


Как писала северокорейская печать, «если бы у неё был хоть клочок совести, то она должна была встать на колени и просить прощения перед нацией за своего отца». Она не только не делает этого – она плюнула в лицо нации: открыла музей памяти фашистоподобного Пак Чжон Хи. Его, мастера пыточных дел и полицейского террора, выставляют безобидным реформатором, помогавшим внедрять на корейской земле экономический либерализм. Хорошо знакомая нам песенка, не правда ли?


Дочурка гордится преступлениями папочки, заработавшего пару десятков граммов свинца от одного человека и неисчислимое по тяжести презрение от десятков миллионов соотечественников. Даже некоторые буржуазные круги Южной Кореи не в восторге от Пак Кын Хе. Так, оппозиция заявляла, что «от неё густо пахнет авторитарностью, диктатурой». Господа оппозиционеры слишком вежливы. От суки не пахнет, а воняет – порохом агрессивной войны, переходящим в смрадный запах денег, которыми на всякой бойне наживаются капиталисты.


Как североамериканская и прочая однотипная пропаганда восприняла семейственность, окопавшуюся в Сеуле?


С восторгом. Ни одного звука или знака неодобрения. Ни е-ди-но-го.


Вот почему правы те, кто подавлял эту преступную пропаганду, кто затыкал рот буржуазным пропагандистам-преступникам, лишал их не только свободы слова, но свободы вообще. Я имею в виду Ленина, Сталина – у нас, Ким Ир Сена, Ким Чен Ира – в Корее. Других коммунистических государственных и партийных деятелей – в различных странах.


Вот почему хочется приветствовать такие же действия сегодня, от кого бы они не исходили и где бы они не происходили.


Вот почему антизападники, далёкие от ложноправового чистоплюйства, одобряют преемственность политики и власти в КНДР.


В определённых условиях идейная наследственность, действительно, может полностью совпадать с наследственностью кровной. Здесь главное, чтобы талантам народа соответствовал талант руководителя, чтобы верность народа своему руководителю совпадала с верностью руководителя своему народу, чтобы идейность обоих была цельной, выкованной в совместных труде и борьбе.


Тени сомнения нет в том, что жизнь констатирует такое соответствие, такое совпадение и такую идейность в КНДР. Ким Чен Ын – достойный наследник и продолжатель дела корейской революции, яркий выразитель самобытной идеологической линии чучхе и сонгун, признанный народом лидер партии, армии, государства.


Необходимое пояснение.


Мне приходилось сталкиваться с людьми, у которых маловато знаний о Корее, хотя политический инстинкт помогает им быть морально на стороне КНДР в её противостоянии Западу. Наряду с этим они высказывали опасение по поводу молодости, которая может помешать новому руководителю страны справиться с огромным грузом государственных забот, свалившихся на него в неполные 30 лет. В этих случаях я делал сравнительный анализ, напоминая факты из биографий видных большевиков, сведения из давней истории КПСС.


Наша партия была феноменально молодой по среднему возрасту её членов, т.к. до Октябрьской революции 1917 года в неё принимали с 14 лет. Столь юный возраст не был помехой для выполнения весьма ответственных заданий. В большевистских верхах накануне революции 47-летний Ленин считался стариком, патриархом, хотя ныне многие его одногодки выплясывают на дискотеках. Возрастной диапазон остальных руководителей колебался в пределах 30-35 лет, а некоторым и тридцати не было. Сталин, ведя подпольную работу, в 19 лет получил от седовласых и седоусых рабочих почтительное прозвище «Учитель». Забыли, что во время гражданской войны в Красной армии полком мог командовать 16-летний, а командирами дивизий становились 20-25-летние? Разве в сталинском СССР не были самые молодые в мире министры, директора предприятий, учёные, в чьих руках работа по строительству социализма кипела и спорилась?


Почему же вы решили, что корейская нация не в состоянии выдвинуть из своих рядов талантливую молодёжь, обладающую и знаниями, и опытом? Разве не вдохновляет то, что основатель Трудовой партии Кореи и Корейской Народно-Демократической Республики товарищ Ким Ир Сен сызмальства, подростком включился в борьбу за освобождение отечества от иноземных оккупантов, за народное счастье?


Говорите, что в данном случае знаний и опыта недостаточно. Но они – дело наживное. Зато есть высшее, стержневое, впитанное с молоком матери – беззаветная преданность родине, партии, идеям коммунизма… Компаративный исторический обзор прошлого и такой же анализ настоящего доказывают: наибольшие шансы победить имеет высокоидейная военно-политическая сила, отличающаяся демографической молодостью и устойчивой преемственностью любого типа. Родственной включительно.


Tags: глазами иностранцев
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments